Вторник, 24.10.2017, 01:37 Приветствую Вас Путник


Главная | Регистрация | Вход | RSS
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Serega 
Форум » Творчество » Стихи » Рассказы (выложено с разрешения автора)
Рассказы
SeregaДата: Четверг, 01.09.2011, 22:37 | Сообщение # 1
Самый настоящий фанат аниме
Сообщений: 3615
Награды: 82
Репутация: 52
Статус: Offline
Штуковинка

По еле освещенным ночными фонарями улицам, как будто паря над городом, пронеслась вдруг большая черная тень. Ее контур то расплывался, сливаясь с темнотой июльского вечера, то становился резким и ограниченным под светом ламп. Она была похожа на большую черную птицу, летящую прочь и разрезавшую крыльями теплый воздух.
Казалось, вокруг не было ни души. Не выглядывали из окон люди, вечно интересовавшиеся жизнью ночного города, не переливались на ветвях деревьев гирлянды, не оживали тротуары и парки под быстрыми шагами гулявших в ночное время радостных людей, не переливался в стаканах лимонад, который так любили покупать в киосках дети. Все умерло. Большие дома, возвышавшиеся над головой, можно было перепутать с глыбами камней, когда-то неизвестным образом принесенных ветром.
Вдруг над неизвестной черной тенью повис единственный фонарь, который смог уничтожить ее. Тень попятилась прочь, и на раскаленном от жары асфальте появились маленькие следы ее праха. Под фонарем стала возвышаться человеческая фигура мужчины среднего роста с довольно тощим телом. Освещенное светом лампы лицо будто сползало куда- то прочь, выражая недовольство и усталость, губы были похожи на изогнутую гримасу. И только в глазах, провалившихся внутрь, еще был виден огонек хитрости и неизвестного желания открыть что-то новое и покорить еще неизведанные вершины. Они бегали из стороны в сторону, жадно растворяя в себе знакомые улицы, пока не наткнулись на ожидаемую фигуру и вдруг внезапно погасли. Теперь в них царили спокойствие и уверенность, веки немного опустились.
-А я было думал, что ты не придешь.-С необъяснимой легкостью сказал человек, только что вылетевший из угла, словно пуля. Он был маленького роста и напоминал футбольный мяч. Тело его округлой формы постоянно покачивалось и неуклюже перепадало на маленьких ножках. Глаза сверкали счастьем, а в толстых ручках, как будто сжимаясь, лежал сверток небольшого размера в форме шара. Необычный предмет покрывала тонкая шелковая ткань, вот-вот готовая ускользнуть из рук неповоротливого человечка. Губы его расплылись в улыбке и немного дрогнули,- Видишь ли, Стив, как-то боязно таскать по всему городу эту штуковину. Уж очень боязно... А ночью, знаешь ли, с преступностью довольно сложно совладать... Так убьют и не заметят, да еще того гляди и ее отберут.-Человечек качнул головой в сторону штуковины и жадно обвел ее контур взглядом.
- Так отдай ее мне, и твоей жизни теперь уже точно ничего не будет грозить.-Отозвался голос, паривший под высокой лампой.
- Тебе бы, Стиви, только новые штучки-дрючки самых новейших разработок. Рука у тебя уж больно длинная да хитрый глаз. А мне, знаешь, ли как- то и жить надо,- Человечек хитро опустил глаза на дрожащий у него в руках шар,- а то ведь все людям да людям! А на доброте то много не заработаешь...
- Тем не менее и твоя доброта имеет цену... Сколько ты хочешь за эту Ерундовину?
- Может и Ерундовину, да не совсем! Понимаешь ли, Стив, эта, как ты сказал , Ерундовина может больше чем ты бы себе мог представить, но в это же время ничтожно мало... Я бы даже сказал меньше крошечной песчинки, если тебе так больше нравится. Для одних – это вселенная, безграничный источник сокровищ, а для других..... Впрочем, я думаю, тебе повезет и ты попадешь в ряды первых.- Усмехнулся вдруг человечек.
- Я хочу слышать цену этой штуки! И гарантию того что она будет работать на меня долго и безотказно. Вот что тебе будет если я вдруг замечу какие нибудь неполадки.- И Стив тут же взмахнул перед носом толстяка своими сжатыми в кулак худощавыми пальцами.
- Ценой этой штуке, называй ты ее как хочешь, будет служить все, что у тебя есть.
- Ну, друг, ты явно спятил!- Недовольно посмотрел в большие голубые глаза человечка Стив.- Будь ты проклят! Я заплачу! Что ты требуешь от меня конкретно? Дом? Машину? Все мои деньги, которые я заработал не сложнее того, чем взмахнуть рукой?- Глаза его яростно заблестели, на худом лице выступили морщины.
-Твою душу, и ни песчинкой больше,- С еще большим спокойствием ответил тот,- Твое богатство меня беспокоит меньше всего, но все же вдобавок я попрошу тебя дать мне нечто, что люди дают друг другу реже всего.
- Что ты хочешь еще, черт бы тебя побрал?!
- Твою благодарность мне. И не какую нибудь, а самую что ни на есть сердечную благодарность!
- Ты получишь ее как только отдашь мне тот сверток, который давно просится ко мне в руки. Да поторапливайся и не заставляй меня ждать!
Маленькие ручки неизвестного человечка неторопливо начали стягивать шелковый синий платочек, и вскоре из под него вышел маленький луч яркого ослепительного света, потом еще и еще... Платок упал на землю, и под его тяжестью поднялась вверх золотистая дневная пыль наколенного асфальта, земля вздрогнула. В руках у человечка был уже не тот маленький сверток небесно синей ткани, а гораздо большего размера шар, который светился ярче солнечного света и ослеплял глаза всякого, кто смел на него взглянуть. Мгновенно осветились улицы города, и за тысячи миль вдруг все стало таким светлым, каким не бывает даже днем.
На шарике выступили маленькие прожилки, которые то и дело обвивали его. Неизвестная вещь напоминала Землю, окруженную парящим вокруг нее кольцом. Она была покрыта массой кнопочек и шариков, которые то и дело вращались, выступали на поверхность или вдруг уходили внутрь ее.
- Что за...- Сморщился Стив, вырывая из рук толстячка неизвестный прибор. Глаза его будто стали шире, зрачки сузились и налились белым светом жадности. Ноги его неслись прочь, а шар в руках рвался в воздух с неизвестной силой, освещая все на своем пути.-Свидимся на том свете-отблагодарю!- Еще неслось по улицам эхо. Огромная тень, парившая над городом, словно взлетала. Стив хохотал, подпрыгивал, забыв про все на свете: и про то, что когда-то он был беззаботным человеком, который радовался чистому голубому небу над головой, и про то, что тело его вот-вот должно было рухнуть на землю от истощения, и про то, что за спиной все еще стоял маленький толстенький человечек, с особыми чувствами провожая взглядом свое творение. Он как будто ожил, взлетал в воздух и ловил на своих щеках яркие лучи света от того неизвестного шара, что было у него в руках.
И вдруг Стив остановился. Сжимал свои руки, вертел и крутил в них бесконечный источник счастья. Лицо его стало сосредоточенным. Он нажимал на кнопочки, вертел разные маленькие шарички, разглядывал все пимпочки, с необыкновенной скоростью меняя тактику своих движений.
Необъяснимый хохот и жажда душили его. Глаза превращались в пепел от бушевавшего в них огня, руки тряслись, теряя свою, и без того ничтожно маленькую, массу. Движения его стали неудержимыми, шарики вращались все чаще, все сильнее раздавался истеричный смех.
Тело стало вдруг сужаться и уменьшатся в размерах, кожа напрочь сжала тонкий и хрупкий скелет и вдруг с треском порвалась, словно лопнула как воздушный шарик, проткнутый иглой.
В воздухе еще дрожал громкий хохот, сотрясая его.
Теплый июльский ветер лизал ошпаренную землю.
Где то вдалеке промелькнули маленькие огненные искры пепла.
Над землей взлетел и растворился в пропасти маленький шарик...

* * * * *


Синяя бутылка


Это было ровно пятьдесят девятое утро 1864 года. В воздухе еще парил еле уловимый запах прохлады. Именно той, что каждый летний день наполняла все леса и безбрежные пустыни цветений и трав. Она пахла свободой, неодолимым желанием счастья. А в воздухе промелькнула маленькая стайка пчел, одурманенных запахом лета и самых прекраснейших цветов, которые так долго собирались распуститься и открыть свою красоту миру.
- Том! Смотри! Здорово, правда? Здорово?!- Послышался где-то неподалеку детский мальчишеский голос.
- Кажется.... девять часов утра. Да, верно, девять часов! Надо прибавить шагу. Мы потом еще вернемся!
- Еще вернемся...-Отозвалось эхо.
По большому полю, усыпанному неведанными цветами проскользнули две маленьких фигуры. Они казались лишь маленькими букашками по-сравнению с огромной скатертью трав, которая расстилалась под их ногами.
Том был небольшого роста с необыкновенно голубыми, словно бездна, глазами и русыми маленькими кудряшками волос на голове. Он легко подпрыгивал в воздухе и стремительно быстро рвался вперед, словно маленькая птичка.
Его брат Питер выглядел года на два старше его и был совершенно не похож на Тома. Он казался более окрепшим, иного телосложения, ребенком. Его глаза быстро перебирали перед собой каждую травинку, бегали из стороны в сторону, дрожали искрами нетерпения внутри.
- Вот оно! Это место, про которое говорил Мистер Брут! Оно! Оно самое! И кустарники те же... и река... и...- Глаза Питера остановились. Теперь он выглядел так, будто нашел сундук сокровищ, которые стремился найти всю свою жизнь.
- И лодка! Пит, да ведь это самое прекраснейшее место на планете! Значит он не обманул! Значит... это правда, Пит! Правда!- Подпрыгивал от счастья Том,- Она настоящая! Та самая лодка, про которую он рассказывал!
На ровной простыне реки еле покачивалась большая, серая в желтую полоску, лодка. Она выглядела такой глубокой, что могло показаться она соберет в себе целые десятки людей... И вот они все с нетерпением заходят в нее, развязывают большой узел, закрепленный на прибитой в землю палке и отплывают куда-то далеко-далеко... В другую страну, где нет никого чужого. И все словно во сне: Легкий ветерок, непроглядная дымка, сквозь которую еле заметны маленькие шевелящиеся огоньки маяков с разных концов земли. Выбирай любой из них и плыви...
- Пит, а ты когда нибудь замечал такую интересную вещь?...- Лег на дно лодки Том и слегка опустил голову в кристально чистую, словно в роднике, воду,- Ты когда нибудь думал, что можно взять и просто перевернуть мир? Вот мы с тобой, например, каждый год и каждое лето ходим по этой земле, купаемся в этой речке и совершаем один и тот же обряд каждое лето... А если все представить наоборот??? А если взять и опрокинуть этот мир? Взять и пройтись по небу вместо земли? Опустить свое тело в воду и дышать и жить там? Мы ведь можем сделать это, Пит, можем! Можем хотя бы раз отойти от этих всех обрядов, которые совершаем каждый день!
- Разумеется, можем... Ясно, можем!- Загорелся желанием Питер и словно повторил погружение в воду, которое еще минуту назад совершил Том. Перед его глазами теперь мелькали маленькие стайки рыб, голова казалась такой тяжелой, что вот-вот грозилась камнем рухнуть на дно бездонной реки. Ноги покорно шли по бескрайнему небу и тонули в нем.
Вдруг он резко вытащил голову из воды. Дыхание его стало учащаться, а сердце вырывалось из груди:
-Том! Там... там... что-то есть! Проплыло мимо меня! Я видел, Том!- Лицо его внезапно побледнело.
- Тут много чего есть! И плавает мимо меня. Вон, например, сколько рыб! Ты столько никогда больше не увидишь! Это какая-то рыба решила заглянуть тебе в глаза... Ты ей наверное очень понравился!- Улыбнулся мальчик.
- Тоже мне нашел над кем издеваться! А я видел! Видел, слышишь?! Вон! Вон оно!
Глаза Пита и Тома устремились вглубь прозрачной воды... ее глубины рассекала неизвестная синяя вещь , которая до конца не собиралась тонуть, а будто выплывала наверх по своему желанию, прямо в руки! Лица ребят становились серьезными и сосредоточенными. Глаза заметались, руки пытались выловить неизвестный объект их заинтересованности и ожиданий.
В руках у Питера вдруг засветилась разными пестрыми огоньками на солнце неизвестная стеклянная вещь. Она поднялась на воздух и теперь сияла, объятая лучами солнца, еще больше. Это была бутылка. Синяя, из толстого чуть прозрачного стекла, бутылка с длинным узким горлышком, вершина которого была напрочь закупорена толстенной коричневой пробкой, какие бывают на бутылках из под вина. Сбоку расплывалась надпись: «5698 год. Вино «Черные гроздья» Стивен Гроф».
- Пит, но ведь это... бутылка из под вина? А год... Этого же просто не может...
- Быть... Наверное, этот Стивен Гроф был весьма не здоровым человеком, который делал вино и совершенно потерял счет во времени! Но во всяком случае есть мы и эта бутылка! И я клянусь, что не буду жить спокойно пока не узнаю про нее все!
- Но ведь мы почти ничего не знаем про нее!
- Мы знаем год... Хоть это меня и смущает. Знаем что владелец этой бутылки был, вероятней всего, некий Стивен Гроф. А еще... Еще... Том! Ведь там – в ней, может что-то быть! К примеру записка... Письмо, например... Ну или тайное послание нам!
- Ясно! Наверное кто-то знал, что мы – Том и Питер когда нибудь будем спокойно плавать себе на этой лодочке и тут то на нее и наткнемся! Ну ясно! – На лице Тома засияла улыбка и уверенность. Он посмотрел на брата, потом на бутылку, обратно на брата и на бутылку...
- Наверное эта пробка хорошенечко размякла в воде, прежде чем попасть к нам. Значит ее можно легко открыть!- Питер попытался открыть бутылку, но его пальцы соскользнули и она упала на самое дно лодки, хрустальными осколками рассыпавшись по дну. Необыкновенный звон разрезал стеклом тишину, как будто тысячи птиц вдруг взлетели в воздух и их крылья необыкновенно быстро начали терзать утреннее тихое небо. Взгляд Питера опустился на дно лодки и что-то там жадно искал... Метался в поисках чего-то очень ценного и вдруг остановился на маленькой продолговатой бумажке, наполовину сожженной и завернутой в трубочку. Ее обвивала тоненькая старинная веревочка,похожая на змею и готовая вот-вот рассыпаться в руках.
- Ну вот... Как будто кто-то знал, что нам ее не открыть! Что там? Что написано?
- Том... Там ПУСТО! Ничего! Ни единого слова!
- Я где-то раньше слышал, что есть невидимые чернила! Что-то вроде лимонного сока. Ими пишут так, что надпись не видна, но если снизу поднести свечу или спичку, то ее тут же можно прочесть! Там недалеко, за деревьями, есть костер который еще не потух. И пусть маленькая, но у нас есть надежда ее прочесть! Ты только представь себе! От этой записки зависит чья-то жизнь! Ведь этот кто-то может оказаться в беде! Я слышал об этом... Только представь: Братья Том и Питер спасли жизнь человеку, который отправил им тайное секретное послание в бутылке!
- А если там и вовсе нет ни слова? Если все это зря и этот кто-то просто от нечего делать выпил залпом бутыль вина и вложил туда пустую записку? Подумал однако, что кто нибудь когда нибудь ее найдет и наверняка решит что это письмо о прошении помощи, да не тут то было! Записочка то с подвохом!
- Ну вот как раз мы это и проверим! – Возмутился Том. На его лице читалась надежда и обида, как на книге. Он быстро слез с лодки вместе с братом, надежно прикрепив ее к берегу.- До того костра осталось всего пару шагов и я готов поспорить, все это не зря, Пит!
- Не зря...- Питер поднес дрожащую в его руках бумажку к маленькой искре и стал долго и пристально вглядываться в нее. Потом он встал ровно, немного поморщился, перебирая в своих руках будто кучу листков и рассматривая их со всех сторон, и наконец вздрогнул, пытаясь разобрать непонятные ему слова,- Смотри... Тут что-то написано, только почерк я не понимаю. Нельзя чтоли было как-то по разборчивей написать?
- Дай ее мне,- Выхватывал бумагу из рук Питера брат,- Ну вот! Все понятно! Ну ясно!
Губы Тома медленно задрожали, пытаясь разобрать каждое слово В записке:
"Я не знаю кто вы будете и в чьи руки попадет мое письмо, но я умоляю вас о помощи! Здесь невозможно больше жить, потому что я остался совершенно один - человек которому небезразлична его судьба. Некоторое время я жил спокойной жизнью, но в один момент все сильно изменилось. Моя жизнь и жизни многих людей вот уже которое столетие в опасности. Меня десять раз пытались арестовать и бросить за решетку, пять раз покушались на мою жизнь и три раза обещали начать войну. Все эти годы я страдал. Страдал от беспомощности и одиночества, ведь я ничего не могу сделать кроме как спасаться бегством. Всю жизнь, а то есть навечно. И тогда я придумал эту бутыль. Я день и ночь размышлял как и кому послать прошение о помощи и наконец мне пришла в голову мысль о ней - о бутылке которая пересечет все грани реальности и попадет на сотни а то и на тысячи лет в прошлое. В безобидное прошлое, где я когда-то жил... Я несколько раз переделывал ее пока не добился окончательного результата - это была вообразимая бутыль от вина, которую якобы когда-то выпили и,возможно, как вы подумали- решили пошутить... Но мы то с вами знаем, что это все не глупая шутка и не обычный розыгрыш. Моя бутыль была создана так, что могла попасть только в руки тех, кто сможет помочь мне. Как только она коснулась бы этих рук, тысячи осколков должны были промелькнуть перед вашими глазами, так так никому другому ее было бы никак и ни за что не открыть. Я прошу вас, помогите мне!
Стивен Гроф. 5698 год."
- Значит... это не зря, Том! Значит он был и просил о помощи именно нас. Это не случайность и не шутка...
- Но как мы можем помочь человеку, или даже не совсем человеку, из будущего на пять тысяч лет вперед?
- Ясное дело, можем! Мы можем приплыть туда, к нему,и разузнать что там и к чему... Наверняка эта бутыль устроена так, что может сама указать правильный путь к ее хозяину. Пойдем, Том.
- Ну ясно! Вот только...
-Что только? Ты человеку помогать собираешься и потом всем рассказывать где побывал этим летом или просто стоять и думать что все это розыгрыш?
- Ясно, помогать!
На водной глади чуть качнулась серая, в желтую полоску, лодка. Она плыла уже так стремительно быстро, что казалось она похожа на таинственный космический корабль, который то и дело переливался разными цветами радуги. Это блестели на ее дне осколки разбитой бутыли. Откуда то еле доносились веселые мальчишеские голоса, а потом и вовсе утихли. Корабль вошел в дымку и растворился.
Нет... Его и вовсе там никогда не было.
В воздухе еще мелькали стайки пчел, дрожало утреннее небо, и расплывалась где-то в дали его граница с речкой. Везде стояла тишина. Такая тишина, которая была бы наверняка сильнее и мощнее всякого звука, который бы смог ее разбить.

Черная карта

В тот вечер, когда на меня обрушились все горести семейной жизни я чувствовал себя как-то по-иному, не так как всегда. А началось все с той обычной мелочи которая, вероятно, преследует многих людей на этой планете – маленькая капля раздора между самым близким человеком и тобой, перерастающая, как всем известно, в огромный океан ненависти и злобы. А все из-за чего? Из-за какой нибудь там ерундовины, которую можно было с легкостью пропустить мимо себя. Но нет же! Надо зацепиться за нее всем своим существом и до конца и доказывать что тебя оскорбили и унизили- растоптали твое мнение. И теперь все! Ты обречен на века безумных мыслей, которые то и дело окружают тебя со всех сторон, не давая прохода, и лезут в голову, создавая в ней безконечный шум.
Как оказалось, моя жена была далеко не идеальным человеком, какими оказываемся все мы. Она была упряма. И это был не единственный ее порок, но тем неменее из-за него мы оба вырастили этот океан раздора. Так вот в тот вечер мы мило ужинали, позабыв про все что есть на свете. Мы были дороги друг другу и ценили каждый миг, прожитый вместе без обид и ссор. Время подходило к десячи часам вечера и каждая минута в нем тянулась, словно целый год.
Она была прекрасна! Прекрасна, как и в каждый вечер, прожитый раннее. И я не помню, что между нами тогда произошло, но это было весьма не приятно и послужило оскорблением для нас обоих. Никогда раньше я не думал, что она будет такой как тогда, и что я так изменюсь как никогда раньше не изменялся в жизни при разных обстоятельствах. Я чувствовал себя так, будто десятки тысяч кошек скреблись у меня в груди! Все было во мне настолько спутанно, что ни один узел в жизни бы этого не повторил. Во мне была и злоба, и любовь, и огорчение, и чувство вины, и обида, и тоска, и, казалось, все человеческие чувства, что можно когда либо испытать, смешались во мне!
И я ушел... Разъяренный, обиженный, влюбленный как мальчишка! Ушел и хлопнул дверью, не оглянувшись на нее... Сидевшую на полу и роняющую из своих глаз чистейшие слезы обиды. Я будто сбежал... Сбежал так, как сбегают мальчишки когда воруют яблоки в чужом саду, перелезая через забор и метнувшись как стрелы.
И вот я уже шел по этим улицам, которые мне были так знакомы... Но не замечал ничего, что творилось вокруг меня. Улицы были все так же освещены а на домах горели яркие разноцветные гирлянды, под куполом ночи все было таким же таинственным: необъяснимой красоты растения, черное море с бушевавшими волнами, ярко желтый серп луны...
Вокруг меня пели и танцевали люди, метался и переливался цветами калейдоскоп времени... Везде играла музыка, раздавались крики, полыхали салюты, так надоевшие за все это время!
Все было таким же, как всегда... И теплый морской воздух, и огромные лапы елей, и устремившиеся в небо, словно копье, большие свечи до сих пор неизведанных мною деревьев... И только сердце во мне было не то. Не мое. Чужое. И билось оно так коварно, так сильно, что все люди, стоящие рядом, могли услышать это биение...
Я бежал. Бежал не замечая времени и всего того, что пыталось меня остановить. Музыка осталась позади. Она еще была слышна где-то внутри меня, но вскоре умолкла совсем... И теперь вокруг меня был слышен только шум моря, и танцевали, облизывая мне ноги, большие волны, чья пена была похожа на пенки молока. Над головой горели звезды. Тысяча звезд. И только они казались мне какими-то другими, чужими и отдаленными. Одна из них медленно начала сползать с неба, покатилась по нему как с горки и вдруг, внезапно для меня, приземлилась неподалеку на ровную черную гладь моря. Она сияла совсем тускло. Маленькие ножки несли ее прочь... Она была испугана и встревожена чем-то, и вот-вот должна была побежать сильней, но в какой-то момент вдруг погасла и упала в воду.
В тот миг мне вдруг показалось что меня нет. Что это стоит моя тень, но не я... Мне стало невыносимо легко. Я закрыл глаза и стал вслушиваться в каждый звук, и вдруг услышал что-то такое, что встревожило меня еще больше. Это был явно не шум волны и не какой то другой звук, а именно скрип старой лодки, в котором было слышно, как извозчик со всей силы ударяет веслами о воду. Я быстро открыл глаза- ко мне приближалось что-то маленькое и черное, в самом деле походившее на лодку!
В ней сидел худой человек высокого роста, на которого был накинут черный плащ с капюшоном, полностью закрывавший его лицо и тело. Он сидел, почти не двигаясь. И только руки будто выполняли за него тяжелую работу, но все же двигались очень медленно и устало.
- Кто вы?- вскрикнул от испуга я, но извозчик не пошевелился, а лодка тем не менее была уже у моих ног.-Скажите, кто вы?
Я стоял как статуя. Окаменелый от испуга и вот-вот готовый треснуть по швам. Ответа на мой вопрос я не услышал. Темная фигура только провела рукавом невидимую дистанцию от меня до свободного сидения в лодке, намекая, видимо, на то, чтобы я сел. Передо мной был самый страшный кошмар, который не каждому посчастливится увидеть даже в самом страшном сне. Но вопреки своему желанию остаться я покорно подчинился существу в плаще и сел в лодку. Весла снова начали грести из стороны в сторону, а лодка отплывала от берега. Я был в ужасе, какой только может испытывать человек и промямлил еле слышно:
- Скажите, кто вы?... Куда мы едем? Что вам нужно от меня? Если вам нужны деньги, я заплачу.
- Не нужны мне твои гроши...- хриплым голосом отозвался извозчик и рассеял мой страх и сомнения. Сам не знаю почему, но я вдруг стал в миг спокоен как никогда и мне очень захотелось спать...
- Вы хотите меня... убить? Усыпить?
- Стакан воды стоил бы мне гораздо дороже, чем твое беспомощное тело.- И вдруг рукав извозчика съехал с его руки и я увидел тонкую сухую кисть – кости, обтянутые кожей... Длинные пальцы были синего цвета и никак не были похожи на живые, но все так же управляли веслами и двигались.
- Куда вы меня везете?
- Странные вы – люди. Вечно задаете много вопросов а зря... Ведь если вас не удовлетворит полученный ответ вы же убьете себя изнутри...? Я везу тебя туда, где тебя сейчас ждут больше всего...
И я заснул... Этот хриплый голос еще разговаривал в моей голове. Я чувствовал себя куклой, марионеткой, которой просто взяли и закрыли глаза, приказав спать и не просыпаться.
Но я проснулся... Не зная сколько времени я находился во сне, кто я и где я нахожусь. Я не помнил ни минуты из всей своей жизни. Глаза мои были закрыты и веки казались такими тяжелыми что их невозможно было открыть, как и тело оторвать от пола.
Над моей головой все время раздавались непонятные голоса. Кто-то ругался, потом говорил тихо и спокойно а потом и вовсе голоса не было слышно. Передо мной промелькнула вспышка и я вдруг понял что уже сижу за стулом и около меня за круглым столом сидит еще порядка десяти человек. Это была большая роскошная комната, где все было в черно-красных оттенках... Черные стены, красные шелковые шторы на них... Еле горящие где-то в воздухе лампы... Где-то за пределами этой комнаты кто-то громко хохотал, был слышен звон пивных кружек и торопливые шаги официантки.
Помимо этих счастливчиков, что оказались рядом со мной, сидел и еще один человек – карлик. Для него, по-видимому, было предоставлено особое место в этой компании. С двух сторон его окружали длинные худые люди в черных плащах, словно статуи стоявшие неподвижно. Лицо карлика нельзя было спутать ни с чьим другим. На его маленьком кругом лице до ушей расплывалась улыбка, а хитрые прищуренные глаза излучали доброту и спокойствие, светясь изнутри. Толстый, словно маленькая картофелина, носик нависал над губами которые от бурной улыбки готовы были вот-вот разорваться. Он сидел на большом черном стуле с необычной мягкой красной обшивкой и все время метался на нем. Потом вдруг устремил взгляд на меня и тихо и душевно сказал:
- Чарльз Брок! Если бы ты знал, дорогой, сколько я тебя жду! А что такой печальный?- вдруг сплыла с лица улыбка карлика,- Веселись, коли жив! Что же жизнь то зря тратить?!
- Вы...
- Я!- перебил он меня и снова усмехнулся,- Эй, вы! Разложите перед Мистером Чарльзом карты!- обратился он, словно к пустоте. И через некоторое время открылась маленькая дверь, занавешенная все теми же шторками, и из нее вышел такого же ростика карлик. У него в руках блестел в тусклом свете ламп поднос, на котором лежали стопки карт. Он быстро метнулся ко мне с серьезным видом и разложил рубашкой вверх карты. И так же быстро удалился, как будто и вовсе не приходил.- Ааа... ты на лампы... А я то думал, чего ты так разглядываешь? Видишь ли, не совсем люблю свет...
- Не совсем любит свет...- Пронеслось по кругу стола эхо. И тут я заметил, что справа кто-то меня подтолкнул за локоть:
-Эй... эй, друг...- прошептал еле слышно он,- Не мог бы ты дать мне денег вдолг? Который год тут сижу и не могу отыграться... Чуть душу было не продал!
- Да, конечно...- Протянул я ему долларовую купюру
- Ой, спасибо, друг! Век не забуду! А ты то бы с ним не связывался, а то ведь так облапошит, что сам не заметишь как останешься ни с чем.
- Хватит шептаться!- злобно крикнул карлик,- Эй, ты, чурбан! Отдай ему его деньгу и смелость, уж поверь – они ему еще пригодятся! Ммм... Чарльз! Ну же! Твой ход!- И я не заметил как карты уже оказались у меня в руках... И мои пальцы, сами того не ведая, кинули карту на стол. Человек, который принял мой ход был вовсе недоволен. Он весь сморщился и скукожился а потом произошло то, чего я никак не ожидал – он рассыпался в прах!,- Хи, Дружище! Да ты у нас, оказывается, смелый! А как ты ответишь на это?- и предо мной снова мелькали карты, одна из которых выпала мне, а потом еще и еще... Их было всего три. Я внимательно посмотрел на ту стопку карт, которую имел, и снова с большой уверенностью достал карту и кинул ее поверх тех трех. На меня возмущенно посмотрели еще три лица. Холод пробежал по телу... И, не поверите, они с точностью повторили обряд первого! Скукожились и рассыпались как пепел, а через секунду уже ветер сдувал их остатки, пока они не исчезли совсем. За столом кроме карлика остались шесть человек. Глаза их бегали испуганно из стороны в сторону, и я бросил одному из них карту. Но в этот момент внутри как будто что-то перекосилось и теперь уже карта моя была побита.- Эээээй, брат... Что ты можешь мне дать взамен на свою жизнь?- удивленно буркнул карлик.
Я обшарил все свои карманы и вдруг наткнулся на свои часы. Они были золотыми со вставленными в них драгоценными камнями. Я быстро их снял и протянул карлику.
- Ладно, для первого раза сойдет!- не терял улыбки толстый человечек,- Смотри не делай так больше!
Передо мной снова начали летать карты... Кто-то выигрывал, кто-то проигрывал и так же, как и предыдущие рассыпался в прах. Я оставался нейтральным и пытался быть незамеченным. Вскоре нас осталось троя – я, карлик, и тот человек который попросил у меня деньги. Настал его ход. Он бросил мне карту и я стал внимательно разглядывать ее... Словно я изучал каждый ее уголок. Потом немного подумал и выкинул свою карту.
Комната покрылась тишиной. Я чувствовал на себе пристальный взгляд карлика, будто недовольного чем-то. Он вдруг резко изменился в лице, будто постарел и покрылся морщинками ненависти,- Что ты творишь?! – злобно вскрикнул он, взирая на пепел только что еще живого человека,- Что ты творишь, я тебя спрашиваю, черт побери!
- Я лишь кинул карту... Таковы правила игры.
- Какие к черту правила?!
- Ваши...- с еще большей уверенностью и спокойствием ответил я. Меня больше ничего не тревожило, ведь я выиграл.
- Нет! Это еще не победа!- словно зная, о чем я подумал, вскрикнул ОН.- Я дам тебе карту! Одну единственную карту! И если выиграешь ты – то я тебя отпущу, а если же я, то ты должен будешь отдать мне свою душу.
- Я согласен.-кивнул я.
Карлик снова нахмурился, немного прищурился и пересмотрел все свои карты. Взгляд его остановился на одной из них, и он опять преобразился в простого улыбчивого человечка, протягивая мне рубашкой кверху карту. Я взял ее в руки и внимательно посмотрел на нее. Она была черной! На ней не было ни одного знака или буквы! Она напрочь была черной! И тут - то я понял, куда попал! Понял, что от меня хотят совсем не обычной игры. Карлик все ждал. Ждал когда я сделаю ход и как прежде расплывался в улыбке.
И тут мне в голову пришла мысль... Я стал быстро перебирать свои карты, положив одну из них на стол рубашкой кверху а на нее положил свою.
- Ну вот и славненько!- сказал карлик, прикасаясь к картам.- Ты проиграл!
- Как же это? Ведь я сделал правильный ход, а значит – победил!
- Как?- взвизгнул карлик,- Как?! Нет... Трус! Подлец!
В его руках сгибались две карты, обе из которых принадлежали мне! Черная же красовалась в колоде у карлика и даже не заметив этого он сердился все больше и больше, пока не надулся как мыльный пузырь. Он покраснел, съежился, вновь распрямился и обратно съежился! И наконец исчез. Растворился в воздухе, лопнул, растаял, превратился в прах, если вам так лучше!
А я... Я тем же способом, каким попал туда, вернулся домой. Было ровно десять часов вечера. Моя жена спокойно стояла у плиты в белом шелковом платье, а когда заметила меня – улыбнулась:
- Я так тебя ждала!



 
SeregaДата: Воскресенье, 11.09.2011, 07:04 | Сообщение # 2
Самый настоящий фанат аниме
Сообщений: 3615
Награды: 82
Репутация: 52
Статус: Offline
Горящие кольца Сатурна

I
- Ты так и будешь висеть над тарелкой?- облокотилась на спинку стула мама. Она была такая же как и всегда: добрая милая улыбка не сходила с ее губ, светлые локоны волос ложились на крепкие плечи, блестели заботой и любовью глаза. В какой-то момент мне даже показалось, что она смеется надо мной, смеется, просчитывая каждый мой шаг заранее,- От того что ты гипнотизируешь суп, его меньше не станет.
Мама... Нет. Это все специально! Специально подстроено для того, чтобы каждый день я попадался на одну и ту же ловушку, делал все по маминым продуманным шагам: просыпался от ее невинного нежного голоса, ел утром кашу, шел в школу, учился, приходил домой, делал уроки, ел суп... И все опять и опять наступал на уже намеченные для меня шаги! И она... Она ведь знает все! Все до мельчайших глупостей! Знает наперед даже то, что я в последствии намерен сделать, хочу я этого или нет.
Но ни одна мама на планете никогда и ни за что не поймет ребенка. Каким бы он ни был, она никогда не поймет тот мир, который живет у него внутри. Потому что взрослые – это совсем другие люди. Люди из своего измерения, из своих миров, со своими правилами в жизни. У них каждый день – это план, план который повторяется с необъяснимой силой... И с другой, нашей стороны, они кажутся непонятными существами, обреченными собой на вечную жизнь в нежелании, на вечную скованность в своих действиях и какую то непонятную объяснимость и сложность.
- Что с тобой? Что ты молчишь? Ты не хочешь есть мой суп?- улыбка пропала с маминого лица, но в глазах все еще сверкала насмешка.
- Какая же теперь разница?... Ведь ты все равно знаешь что я сейчас скажу. Ведь если я не буду его есть, это наверно будет неправильно, да?
- Ты каждый день не хочешь его есть... Скажи, он что такой невкусный?- в очередной раз услышал я эти слова. Который день в один и тот же час, в одну и ту же минуту, в одну и ту же секунду, будто по расписанию, в очередной раз я отказывался его есть.
Я чувствовал как по мне пробежался мамин недовольный взгляд, и по телу скользнули мурашки, будто электрический ток. Мамины плечи окутывала тишина. На столе стояла все та же полная тарелка супа.
- Пока не съешь, что ни говори, а из-за стола не выйдешь. И только не придумывай, что он отвратителен на вкус.
-Мама,- немного помолчав, отозвался я,- а ты любишь папу?
- Ты что такое говоришь...
- Нет... ты наверно его не любишь, да?- перебил я маму,- Почему все так, скажи? Вот я например... я не люблю этот суп, не люблю солнце, не люблю лето... Но я... Я же знаю, что если не съем суп – обидишься ты, а я вовсе не хотел тебя обидеть. Или например что если не полюбить солнце, то оно тоже на меня обидеться и тогда из-за меня будут страдать другие, ведь верно? А лето... Оно ведь вовсе может уйти и больше никогда не вернуться, потому что я... его не люблю! Но я ведь пытаюсь их полюбить, потому что знаю что так нужно... да... все это будет правильно. Скажи, мама, почему вы, взрослые, такие сложные?
-Сложные?- переспросила мама, как будто задумалась о чем-то и не слышала о чем я говорю. Ее глаза вдруг стали шире, напряглись скулы, побледнело лицо.
- Ну да... Вы ведь никогда не пробуете ни о чем не думать.
- А как это – ни о чем не думать?
- А так например, что вы постоянно о чем-то думаете, решаете сложные задачи, составляете план ваших действий и продумываете их... А вот вы когда нибудь попробовали взять и сделать все совершенно по-другому? Вот ты например не любишь папу. Ты же думаешь о нем, верно? А ты не думай и просто его люби! Ну это же ясно!
- Люби... да...
Мама задумалась. Она была похожа на большую куклу, которую оставили в комнате совершенно одну. Она не шевелилась. На лице не было никаких чувств и эмоций... Просто тишина... Тишина повсюду: в ее широко открытых глазах, в ее сердце, в ее мыслях... Тишина... Она сидела на стуле, сжимая в руках тряпку. Голова была наклонена к плечу, взгляд застыл на тарелке с супом. Вдруг ее губы невинно задрожжали и из них, как из клетки, еле вырывались тихие слова:
- Неправда... Все неправда. Ты говоришь глупости. Зачем? Ты хочешь обидеть меня, учишь жизни, а ведь сам еще не успел даже на ноги толком встать... Зачем вы все хотите меня обидеть? Ты ведь говоришь ерунду. Полную чушь!- закричала мама,- немедленно иди в свою комнату! Я не хочу больше это слышать! Воспитывай кого угодно: товарищей в классе, дворовых мальчишек, но не меня! Ты понял?!
На кухне еле слышно хлопнула дверь. Я уже стремился в свою комнату, а сзади меня все еще преследовали мамины слова: «Уходи! Убирайся! Это чушь! Чушь!». Они скользили по полу и лезли в каждую щель... Ютились в каждый уголок моей комнаты, дверь в которую уже была плотно закрыта.
Я не мог понять одного – самого себя... Ведь мама обиделась, я обидел ее! И теперь она никогда, никогда меня уже не будет так любить! Никогда больше не пройдет по коридору вечером, не откроет мою дверь, не подойдет ко мне, думая что я сплю, и не поцелует на ночь... Нет! Никогда! Никогда она уже не будет прежней мамой... Это не она, нет!
Но что-то упорно билось в груди и кричало, вырываясь из нее: «Она ведь обидела тебя! Не послушала, не поняла! Она ведь не права! Она несчастна и делает такими других. Она не права, нет! Она ведь мать... Но она не знает как сейчас было обидно! Не знает, что хотелось прижаться к ней и заплакать, но ты оттолкнул сам себя, и еле сдерживая свою обиду направился в комнату где... ее нет!
Нет! Она исчезла... Ее больше нет перед твоими глазами... Она растаяла, словно первый снег, который мы пытались когда-то удержать в руках, но он растаял... Растаял только потому, что мы подарили ему тепло! Мы пригрели его в своих руках и он бросил нас... Растворился потому что понял, что делая тепло мы убиваем его жизнь!
Но ведь мама... Мама больше не вернется! Ведь именно она нужна тебе такая, какая есть! И ее никто никогда не заменит! Ведь мама права... права, пусть даже говорит неправду! И ты обидел ее... А ведь ей и так тяжело! Ведь именно она зарождение твоего в себе... начало твоих мыслей, сущности и всего живого в тебе! Ты глупый! Глупый...»
Слезы, спеша куда-то прочь, съехали с моего лица, как с горки... И капали... бесконечно капали мне прямо в руки и таяли в них. Я не мог понять что во мне говорит и дышит за меня. Что во мне думает и... плачет. Нет, я не знал ответа на этот вопрос. И душу мою сейчас заполняло нечто... Нечто, что управляло мной.
Я быстро схватил лист бумаги, перо и маленькую настольную лампу, перетащив это все на кровать. Я начал вдруг быстро двигать руками, чертить непонятные схемы, скребсти пером о бумагу, выводя все больше и больше непонятных знаков. И наконец оторвался. Взглянул в окно и удивился как быстро пролетело время: окно заволокло одеяло из больших и мягких черных туч, из под которых выглядывал желтый диск луны. Он плавал в облаках, словно в пуху. По небу скользили светлые лучи, все больше напоминая, что скоро ночь.
II
Мои руки все сильнее сжимали маленький листочек, пытаясь скрыть его от всех глаз на свете. Я шел по узкому темному коридору и все больше прижимал его к сердцу, стараясь никому не показать что лежит у меня в руках. Впереди закрывались и вновь открывались двери, выпуская из маленьких щелок свет и людей, вылетающих из дверных проемов, словно бабочки. Они пархали туда-сюда... Маленькие и большие... Злые и добрые... Худые и толстые... Молодые и старые... Но все смотрели на меня как-то по-особенному, с недоверием. Я боялся их. Очень боялся. Боялся что кто нибудь сейчас подойдет и отнимет у меня то, что мне так дорого, последнюю часть меня. Ведь это было так просто, так доступно для них...
- Малыш, ты кого-то потерял?- раздался тихий и спокойный голос за моей спиной. Я обернулся и увидел высокого мужчину лет сорока, с ярко зелеными глазами и весело торчащими в разные стороны усиками. Он улыбнулся мне, словно прочитал то о чем я думаю и, не дав мне ничего сказать, быстро поторопился продолжить свою речь с такой же невинной улыбкой,- Ты кого-то ищешь, брат?
- Я не знаю,- опустил голову я,- Вы можете... можете мне помочь?
- В чем же я должен помочь тебе, малец?- все так же доверчиво улыбался мужчина.
Моя рука медленно разжималась, и в ней стал виден маленький листочек, сложенный во много-много раз.
- Вы можете помочь мне построить вот это?
- Видишь ли, мальчик, у нас тут серьезное дело, где работают серьезные люди. И твои детские шутки в виде корабликов здесь никто оценивать не собирается! Ишь чего,- усмехнулся он,- придумал занятие! Где твоя мама? Я немедленно позвоню ей и она заберет тебя отсюда, хочешь?
- Я ничего не хочу! Ничего, слышите? Прошу вас, помогите мне, прошу... Может вы знаете как можно его построить? Я знаю, что вы это знаете! Я не маленький! Не шучу! Не надо маме. Она будет переживать. Она не знает, что я здесь.
- Вот что, мальчик, иди туда, откуда пришел и не мешай работать людям! Меня не интересуют твои детские забавы! Либо ты немедленно пойдешь домой, либо я обращусь в милицию и тебя тут же отведут домой. Ну ка, что там у тебя? Аааа! Модель самолетика?- все больше и больше смеялся он.
- Отдайте!- захрипел я. В душе проснулась необъяснимая злость. На него, на других, на всех!
Я не заметил как уже мчался прочь, все сильней прежнего сжимая свой листочек. На нем еле заметными чернилами блестела строчка: «Модель космического корабля» и уже почти совсем исчезла...
III
- Ты еще не спишь?- окутала своим шепотом комнату мама,- прости, я хотела... зайти и пожелать тебе спокойной ночи.
- Мама, ты любишь меня?
- Сынок...- вздохнула мама, положив свои руки мне на плечи,- люблю... ну конечно...люблю!
- А ты бы... Смогла полететь со мной?
- Куда полететь? Ты опять выдумываешь свои...
- Я не придумал. Я правда хочу, чтобы ты полетела со мной. Я создам корабль который улетит далеко в космос, на тысячи и миллионы лет назад, в прошлое. Разве ты никогда об этом не мечтала? Мы пролетим мимо Луны, коснемся рукой Юпитера, увидим огненные кольца Сатурна... Разве это не прекрасно? Ведь там... там целая вселенная и нет ни одной живой души, только мы с тобой – две маленькие соринки, попавшие туда совершенно случайно. Ведь нужно просто поверить и...
- Послушай, я думала, что я была не права. Думала, что это просто глупые детские фантазии! Но сейчас я видимо окончательно схожу с ума! Тебе не кажется, что для такого мальчика как ты это слишком? Кто будет учиться за тебя?! Ты хотя бы раз думал, что мне и так тяжело, а тут еще и ты со своими наивными мыслями! Когда ты повзрослеешь и поймешь, что нельзя быть таким необразованным и рассеянным?
- Значит ты не полетишь со мной? Значит я полечу один? Пожалуйста, подумай хорошенько. Я тебя спрошу последний раз: ты полетишь со мной?
- Глупый! Какой же ты еще глупый! Ложись спать,- положила меня в кровать мама и накутала тяжелым теплым одеялом,- и не думай о всех этих глупостях. Ты взрослый мальчик!- проскрипела дверь, закрываясь со стороны коридора, и щелкнул замок.
Надо мной висели маленькие хрустальные звезды неестественно желтого цвета. Они были всего лишь пустыми стекляшками: все это время просто так гремели над моей головой, не для чего светили мне в глаза и грозили упасть и разбиться. Весь потолок был усыпан неживыми светлячками. Мне казалось, стоит лишь протянуть руку и я дотянусь до звезд... Не тех, что грузно гремят на потолке, а тех, которые день и ночь сверкают надо мной где – то там, на сотни и тысячи лет отдалившись от меня далеко в галактику, где пусто и свободно. Где нет всех этих глупостей, нет людей которые совершают пустые и необдуманные поступки, жалуясь на свою жизнь. Где все так просто и безмятежно. Где нет ничего, но в то же время есть все!
IV
Часы на здании суда пробили полночь, и луна уже окутывала своим волшебным сиянием мою кровать, словно живое одеяло. Я стоял у окна и смотрел на улицу. Там один за другим в домах меркли огни, мигали на улицах фонарики, мелькали белые тени, за которыми я наблюдал уже так давно. Я не знал кто они. Но возможно нас объединяла одна цель и мы стремились к достижению ее – к свободе. Так тихо было вокруг. Все умерло. Все давно спят, забывшись где они и для чего.
В моих руках тряслись и постукивали разные инструменты, которые я тайком взял у отца, блестели стекляшки, переливались маленькие огоньки гирлянд, жужжали моторчики, гудели пропеллеры, шуршали листки бумаги с чертежами. И наконец все было готово!
Я быстро открыл шкаф, накинул на себя теплую пуховую куртку, одел шапку и варежки, натянул толстые штаны и побежал к окну. Приоткрыв его еще шире я увидел, как передо мной переливается всеми цветами неизвестный корабль, созданный моими руками пять секунд назад. Под ним терялась и таяла в воздухе высота девятиэтажного дома, и вскоре я уже стоял на подоконнике, ухватившись за дверь машины.
Я оглянулся. В моих глазах, как привидение, промелькнула мама. Слова кружились и витали в воздухе: «Ты полетишь со мной? Полетишь?...»
-Полечу... Полетим!- шептала тень.
И вот уже в холодном ночном воздухе задребезжал моторчик, резко дернулся под моей рукой рычаг. Город исчезал, как будто его и не было вовсе. Я знал: где-то там, позади, беззаботно спит мама, кто-то читает книжку, а кто-то гуляет, страдая от одиночества. Мне было обидно. Безумно обидно и тоскливо по маме. Я знал, она поймет меня... Она меня любит. Таким, какой я есть.
V
Земля, Луна, Солнце, Венера, Юпитер, Марс, Сатурн...
Камни... Бесконечные камни и осколки, бездонная пропасть и целая вселенная...
Миллиарды людей и жизней, сотни и тысячи городов и стран, россыпь звезд, окутывающих бездну. А впереди... Впереди тишина... Невозможная и непоколебимая тишина. И вьющиеся вокруг меня, горящие, словно миллионы зажженных лампочек, одинокие и прекрасные кольца Сатурна...



 
Форум » Творчество » Стихи » Рассказы (выложено с разрешения автора)
Страница 1 из 11
Поиск: